От кого надо освобождать Россию?

Политолог Анастасия Сергеева по случаю Дня России 12 июня напоминает, от кого надо освобождать страну.

Наш любимый лозунг “Россия будет свободной!” очень часто наталкивается на провокационный вопрос: “От кого?”. Канун праздника 12 июня – хороший повод поразмышлять об этом.

Судьба этого праздника также неоднозначна, как и судьба современной России. Он был всегда не при делах, не нужным, лишним, не вписывающимся в политические приоритеты и остался непонятным и непонятым, как внутри России, так и вне.

Давайте начнем издалека. В начале 80х эпоха застоя достигла своего апогея, власть бюрократии естественным образом стала геронтократей, а в социальном плане страна была настолько отравлена, что через 5 лет малейшие послабления привели к молниеносному падению всей политической системы.

Именно поколенческий кризис был одним из двигателей перестройки: стереотип, что “старый” – значит “ретроград”, а “молодой” – “демократ”, устойчиво обосновался в головах уже в первые годы перестройки. И неважно, что “молодыми” были вполне себе пожившие, пятидесятилетние Горбачев, а позже Ельцин. Они оставались “мальчишками” для геронтократов эпохи Брежнева, которые благодаря комфортной жизни и достижениям медицины чувствовали себя очень молодыми и бодрыми даже на аппаратах искусственной вентиляции легких.

Еще одним двигателем был конфликт интеллигенции и бюрократов. Последние оказались менеджерами и элитой страны благодаря отрицательному отбору советской системы и отсутствию моральных и этических императивов. Интеллигенты же, несмотря на более глубокое понимание процессов и интеллектуальный бекграунд, не были готовы на борьбу без правил, “по-советски”, и выбирали для себя научную карьеру. Перестройка внезапно открыла им канал социализации во власть без аппаратной борьбы и коридорных договоренностей, и они ворвались туда, потеснив “красных директоров” и “генералов советской системы”. Сахаров, как воплощение класса интеллигентов, противостоял Егору Лигачеву и Нине Андреевой – совокупному образу образцового советского бюрократа.

Третьей важной составляющей были национальные подпольные движения за независимость, бодро очнувшиеся в первые же годы перестройки во многих республиках СССР. Риторика политической независимости активно соединялась с необходимостью большей самостоятельности экономической. Этим активно пользовались республиканские власти, где-то угрожая руководству страны, где-то торгуясь и шантажируя их.

В прогрессивных национальных республиках так или иначе все три составляющие соединились и переплелись вместе: молодые интеллигенты с острым чувством национального достоинства легко взяли власть в процессе падения империи или после него. Только в РСФСР все было намного сложнее. Территориальное и зачастую политическое и экономическое слияние России и СССР привело к тому, что противоборствующие силы оказывались по разную сторону вышеуказанных конфликтов, разворачивались разными сторонами, выражали разные интересы и держали друг друга в крепких объятьях.

Перипетии выделения РСФСР из СССР хорошо видны в самых разных мемуарах советских политиков. Само противостояние Горбачева и Ельцина показательно именно с точки зрения того, насколько тесно переплелись разные социальные группы в каждой из сторон конфликта.

В итоге сама идея суверенитета РСФСР долго не озвучивалась, потому что далеко не все понимали, кто будет суверенен в этом сложном клубке политических отношений, а вопрос экономической самостоятельности тесно сплетался с темой “хватит кормить республики” (с явной отсылкой к вялым республикам Средней Азии) и отдавал шовинизмом.

И тем не менее в общем “параде суверенитетов” республик прозвучал и голос России. Скромно и тихо по сравнению с более свободными от уз империи соседями. Параллельно новая Россия пыталась обрести и почувствовать себя через символы и их коммуникацию. Время на телевидении: всего несколько часов эфира и первые выпуски программы “Вести” в цветах неофициального и полулегального тогда триколора, поиски смыслов и символической роли в рамках СССР и демонстративный уход от патерналистского дискурса о необходимости нести ответственность за все народы Советского Союза. Все это существовало вплоть до конца жизни Союза, но разом закончилось после подписания договора в Беловежской Пуще и получения статуса правопреемника СССР.

Пройдет еще пара лет, и те, кто были радикалами в борьбе за суверенитет РСФСР, станут последовательными консерваторами и борцами с “радикализмом” и “либерализмом” на территории РФ. Именно они станут говорить про ответственность за другие народы в период, когда Россию подтачивала общая с рядом других республик валюта. Они будут подводить к необходимости участия во внутренних межнациональных и межрегиональных конфликтах за пределами РФ. Они будут потом смешивать экономическую и политическую целесообразность в процессе осознания национальной идентичности российских регионов, что, в том числе привело к войне в Чечне.

В этих условиях праздник 12 июня стал лишним и вроде бы даже не совсем правильным. И хотя день числился в календарях праздничным и выходным, говорить о нем стало почти неприлично. А на вопрос, что празднуем, ответом была неловкая тишина.

Для новой власти Путина в 2000х смысла в Дне России стало и того меньше. Он не вписывался ни в календари, ни в попытки вывести новый ряд символов и идеологем. В этот день Россия никого не захватила, ничего героически не спасла, не встала с колен и не показала всем “кузькину мать”. Наоборот, этот праздник, как бельмо на глазу, напоминает о том, что современная Россия родилась, стараясь вырваться из обьятий советской империи. Об этом сегодняшняя власть старается забыть и подменить понятия.

От кого и от чего надо освободить Россию сегодня? Сменилось время, сменились названия, но осталась историческая колея. За 17 лет оказалось, что выбраться из нее непросто. Сыграть на “веймарском” синдроме постсоветских жителей России оказалось проще и менее затратно, чем искать новый круг идентичности и исторической правоприемственности. Когда мы сегодня хотим свободы для нашей родины, мы, в первую очередь, хотим освободить ее от этих призраков империи, которые цепляются и не отпускают нас, хотя давно уже должны быть похоронены историей. Нам понадобится время, чтобы это сделать, но возвращение значения дня рождения нашей страны, 12 июня – это то, что мы делаем уже сейчас. С днем Свободной России! Россия будет свободной!