Экспорт энергоносителей – одна из основных статей доходов российского бюджета. Но дело не только в бизнесе. Кремль использует торговлю нефтью и газом как инструмент политического давления на отдельные государства. Среди них – Польша и Украина.

Российские дипломаты и политологи неустанно твердят, что у России нет задачи политической эксплуатации энергоносителей и что их продажа для России – это только бизнес. Польша, Украина и страны Балтии в свою очередь продолжают утверждать обратное, в ответ на что получают обвинения в русофобии. Почему Центральная и Восточная Европа столь скептически относится к российским энергоресурсам?

Потому что в то время, как для Западной Европы (за исключением нескольких стран) экспорт российских нефти и газа действительно носит характер обычной внешнеторговой деятельности, в Центральной Европе ситуация выглядит иначе.

Архитектура зависимости

Система газо- и нефтепроводов, по которым сырье экспортировалось из глубин СССР на его окраины и в страны СЭВ, была построена вместе с инфраструктурой в 1970-е годы таким образом, чтобы большинство стран региона снабжалось исключительно советским сырьем. Именно поэтому еще в 2013 году Беларусь, Латвия, Литва, Молдавия, Словакия, Финляндия и Эстония были на 100% зависимы от российских поставок, а для Австрии, Болгарии, Венгрии, Греции, Польши, Словении, Украины и Чехии этот показатель превышал 50%.

Похожим образом обстоит дело и с нефтью. Перед всеми НПЗ стран бывшего СЭВ стоят две колоссальные проблемы. Во-первых, они были созданы с использованием технологий, которые позволяют перерабатывать нефть исключительно сорта Urals. У такого решения есть свои плюсы: из-за высокого содержания серы стоит такая нефть мало, что позволяет генерировать дополнительную прибыль от продаж нефтепродуктов. Но недостатки такого варианта не меньше: он приводит к зависимости от России. А Во-вторых, небывало трудным и дорогим мероприятием оказывается диверсификация поставок. Недостаточно просто купить нефть другого происхождения. Сначала придется ее должным образом смешать с иными сортами, а также приспособить под нее оборудование.

Кроме того, диверсификацию поставок осложняет также и тот факт, что НПЗ строились в таких точках на карте, куда поступает только российская нефть: это пункты на трассе российских нефтепроводов, часть в удаленной местности, труднодоступной для поставок сырья по иным направлениям. Таково положение дел в НПЗ в Плоцке. Даже заводы, построенные невдалеке от моря, как, например, в литовском г. Мажейкяй, не обладают необходимой инфраструктурой для импорта нефти танкерами.

Газ вместо танков

Описанная выше «геополитика труб», сформировавшаяся во времена СССР, привела советских дипломатов Валентина Фалина и Юлия Квицинского к гениальному в своей простоте выводу: танки можно заменить газо- и нефтепроводами и тем самым сохранить политическое влияние в регионе. Данная концепция получила название доктрины Фалина-Квицинского.

Разумеется, справедливым будет вопрос: действует ли эта доктрина через 30 лет после распада СССР? В январе 2019 г. посол России в Хорватии заявил в местной газете Večernji list, что «критики России не способны привести ни одного примера, когда бы мы использовали газ, предназначенный для экспорта в Европу, как рычаг давления на соседей для достижения политических целей».

Однако ряд событий последних лет дает основания считать, что правы скорее те, кто воспринимает доктрину Фалина-Квицинского как все еще действующую.

Управление посредством кризиса

До 2015 г. Украина была полностью зависима от прямых поставок газа из России. Такой статус-кво поддерживали обе стороны. Киев сохранял нейтральный или даже пророссийский курс на международной арене, а Россия за это поставляла Украине газ по ценам ниже рыночных.

Когда в результате Оранжевой революции власть в Киеве перешла в руки прозападных политиков, Россия решила в наказание лишить Украину «скидки за послушание» и в одностороннем порядке подняла цену на газ. Продолжавшийся весь 2005 г. российский саботаж переговоров привел в итоге к самому серьезному газовому кризису в истории региона. Россия отключила Украине газ в разгар отопительного сезона.

Так Кремль заставил Киев согласиться на подорожание газа, а также – что интересовало Москву прежде всего – на создание совместного предприятия АО «Газпром» и НАК «Нафтогаз Украины» – RosUkrEnergo AG (RUE). Задача предприятия состояла в лоббировании российских интересов в Украине. Достаточно вспомнить, что половина его акций принадлежала «Газпрому», а 90% второй половины – пророссийскому олигарху Дмитрию Фирташу, на данный момент проживающему в Австрии и находящемуся под постоянной угрозой экстрадиции в США. Одним из исполнительных директоров RUE стал друг Дмитрия Медведева по временам учебы в академии КГБ.

Очередной газовый кризис пришелся на 2009 г. Тогда Россия воспользовалась случаем, чтобы принудить Украину к подписанию невыгодного контракта на поставки и транзит газа, что позднее подтвердило решение Стокгольмского арбитража, а также к заключению соглашения «газ в обмен на флот», согласно которому Россия усилила свое военное присутствие в Крыму. Несколько лет спустя выяснится, что именно передислоцированные в тот момент войска в 2014 г. чудесным образом превратились в «зеленых человечков», которые и совершили военную аннексию полуострова Российской Федерацией.

Газовый рычаг был также задействован и против Польши. Последние перебои поставок российского газа пришлись на 2016 и 2017 гг. По времени эти два случая совпали с саммитом НАТО в Варшаве и визитом президента США Дональда Трампа. В результате перебоев в поставках через Польше транзитный газ перенаправлялся на «Северный поток – 1», что служило сигналом: если политика Польши будет для Кремля неприемлемой, Польшу всегда можно будет обойти.

Назначай цену и властвуй

Высокая степень зависимости региона от российского газа дает Кремлю дополнительную возможность оказывать политическое давление при помощи ценовых манипуляций. Идеальным примером использования таких приемов может служить скидка на природный газ, предложенная Украине накануне запланированного подписания Соглашения об ассоциации с ЕС. Взамен за такую щедрость президент Украины Виктор Янукович должен был отказаться поставить подпись под документом, который Кремль воспринимал как явное вмешательство в свою сферу влияния. Украинцы решили снова выйти на улицы и отстоять прозападную ориентацию своей страны.

В более широкой перспективе достаточно беглого ознакомления с ценами на поставляемый из России природный газ, которые установлены для тех или иных европейских стран, чтобы выявить те, которые ведут пророссийскую политику: только им делаются выгодные предложения. Именно поэтому такие друзья России, как Венгрия и Германия, участвующие в проекте «Северный поток – 2», получают газ гораздо дешевле, чем Польша, Литва, Дания и Украина, которые настроены против данного проекта.

С точки зрения России в Восточной Европе энергоресурсы, а в особенности природный газ – это инструмент международной политики. У властей в регионе есть два варианта: согласиться либо на политические уступки России в обмен на дешевый газ, либо на перспективу его подорожания, а в крайних случаях – и перебоев поставок. Но существует также третий путь: обеспечить поставки из альтернативных источников посредством укрепления связей с другими странами в регионе и строительство терминалов перегрузки сжиженного газа.

Ослабление зависимости от России лишает ее рычагов влияния на регион. Именно поэтому польские, литовские и украинские планы по диверсификации поставок вызывают такое сопротивление со стороны Кремля.

Мачей Заневич