Сила аргумента и аргумент силы. Похож ли Европейский Союз на СССР?

В общественной дискуссии — как внутри ЕС, так и в России — время от времени сравниваются Европейский Союз и Советский Союз. В последнее время такие сравнения звучали прямо или косвенно (например, с коммунизмом, с Польской Народной Республикой), из уст польских политиков Ярослава Качиньского и Матеуша Моравецкого, премьер-министра Венгрии Виктора Орбана или министра финансов Эстонии Мартина Хельме.

 

Сравнения между «Брюсселем» и «Москвой» также использовали на западе континента — об этом говорила француженка Марин Ле Пен, экс-министр иностранных дел Великобритании Джереми Хант и ярый сторонник «брэкзита» Найджел Фарадж. В контексте падения империй это сравнение использовал даже миллиардер Джордж Сорос.

Но в эпитетах их обогнал польский министр образования Пшемыслав Чарнек. По его словам, сегодняшний Европейский Союз — это «цивилизация смерти».

Все эти высказывания объединяет очень специфическое восприятие Европейского Союза. Эти, как правило правоконсервативные политики, нередко обвиняют Европейский Союз в олигархической природе правления, «левой» направленности его идентичности, предрекают «упадок» и критикуют тенденцию «диктовать свою волю государствам-членам», без «уважения их национальной идентичности».

Такие императивы попадают также в российские федеральные СМИ. В этом видении Европейский Союз борется с консерватизмом, стремится к федерализму и действует через принуждение.

Но это все — откровенная манипуляция. Единственное, в чем можно согласиться, сравнивая ЕС с СССР — это глобальный масштаб влияния. Европейский Союз сегодня является главнейшим субъектом мировых отношений, наравне с США и Китаем. Если и во времена Холодной войны отношения между США и СССР влияли на всю мировую политику, сегодня такое влияние есть у Европейского Союза.

Чтобы не поддаться ошибочному мышлению в сравнениях ЕС с СССР, предлагаю ознакомиться со следующими тезисами.

 

  1. Европейский Союз — это единственная наднациональная демократия в мире. В выборах в Европарламент 2019 года проголосовало 202 миллиона человек. Для сравнения: на президентских выборах в США проголосовал 161 миллион человек.

 

  1. «Диктатура Брюсселя» — это иллюзия. Евросоюз работает по принципу объединения многих, разных интересов. На достижение компромисса уходят годы. Среднее время принятия нового законодательства в ЕС — 18 месяцев. Когда компромисс выработан, он тверд, и его трудно нарушать. В Евросоюзе все равны, но не все интересы одинаково важны. Выработка единого «европейского интереса» — продолжительная. Чтобы успешно вести такие переговоры, нужно научиться действовать на нескольких фронтах одновременно. С другой стороны, компромиссные решения с трудом достигаются также внутри Соединенных Штатов или Великобритании. В ЕС немыслима ситуация, как в СССР, где генсек одним росчерком пера мог менять границы республик или переселять тысячи людей.

 

  1. Государства-члены ЕС являются субъектами Евросоюза, а не объектами его политики. Таким образом, находясь в Европейском Союзе такая страна как Польша увеличивает свою силу за счет всех государств-членов. Это эффект масштаба. Маленький Кипр влияет на политику всего Европейского Союза в отношении своей значительно большей соседки — Турции. Небольшая Ирландия формирует основы позиции всего Европейского Союза по отношению к могущественному соседу — Великобритании. В СССР интересы всех республик подчинялись руководству КПСС.

 

  1. Государства-члены ЕС почти всегда голосуют «за» не потому, что их кто-то вынуждает к этому, а потому, что они достигли компромисса, учитывающего их национальные интересы. Здесь логика совершенно иная, чем в случае с СССР, где таких решений никто не принимал.

 

  1. Снаружи может казаться, будто Европейский Союз находился в состоянии постоянных ссор — а следовательно, неизбежно идет к краху. Это, в лучшем случае, оптическая иллюзия. «Ссора» — это столкновение взглядов, дискуссия, установление правил, которым затем следуют. Никто не навязывает ничего, что выходит за рамки принятых ранее обязательств или законов.

 

  1. Когда Великобритания суверенно решила покинуть европейское сообщество, никто не выслал туда армию. Когда Швеция на референдуме суверенно решила, что не хочет вводить евро, никто не направил туда войска. А СССР вошел с танками на чужую территорию Венгрии и Чехословакии. Михаил Горбачев отправил войска для «успокоения» ситуации в провозгласившей о возобновлении независимости Литве в 1991 году. У Евросоюза вообще нет собственной армии — за что его часто критикуют, например, США.

 

  1. Европейский Союз является «невоенной» империей, и основное средство его воздействия на мир — крупнейший единый рынок товаров и услуг. Благодаря рынку, ЕС популяризирует демократичные законодательные решения в мировом масштабе на многосторонней основе. ЕС заключает углубленные торговые соглашения (например, с Украиной) — в обмен на доступ к европейскому рынку, от своих партнеров ЕС требует определенных изменений законодательства согласно своим принципам и ценностям. А сила СССР основывалась лишь на его армии.

 

  1. Патриотизм в понимании гордости за свой народ, его традиции, культуру, язык и религию не является «врагом» Европейского Союза. Ценностям ЕС противоречит фанатичный национализм — поскольку Европейский Союз был создан в ответ на катастрофу Второй мировой войны. Эта война была результатом развития воинственного национализма, особенно немецкого, и советского тоталитаризма, что привело к огромной катастрофе. Доверие вместо подозрений, здоровая конкуренция вместо тайных заговоров, разговор вместо драки — это не прихоти европейцев, считающих себя «лучшими». Это вакцина от повторения прошлого.

 

  1. «Единство в разнообразии» — это девиз Европейского Союза, который показывает, как достигается стремление к единству. Единство, а не объединение. Единство, основанное на разнообразии государств-членов и европейских обществ. С одной стороны, существует тенденция к созданию универсальных правил для развития общего рынка. Те же требования необходимы для того, чтобы бананы или игрушки с других континентов были допущены на общий европейский рынок. С другой стороны, растительность на Канарских островах и в северной Финляндии совершенно разная — это также учитывается. Ко всем религиям относятся с уважением; ЕС не регулирует вопросов культуры, семейной политики или сохранения национальных традиций. В Советском Союзе разнообразие уничтожалось, а религии преследовались. В Европейском Союзе разнообразие богато, но не ограничено.

 

  1. Свобода — это ДНК Европейского Союза и полное противоречие СССР. В ЕС нет места для цензуры прессы, есть свобода передвижения и поселения от Таллина до Лиссабона; каждый европеец может вести бизнес, есть также религиозная свобода. В Европейском Союзе нет ГУЛАГов или лагерей Гуантанамо. Дискриминация здесь строго карается. Права человека охраняются национальной, европейской системами и системами Совета Европы. Во всех европейских странах есть системы социального обеспечения, всеобщего и бесплатного образования и здравоохранения. Гражданские права и свободы — это не фасадное украшения, а реальность.

 

Европейский Союз — это система равноправных европейских государств, которые соблюдают принципы верховенства права и парламентской демократии. Сам Европейский Союз предпринимает шаги по развитию своей собственной транснациональной и трансгосударственной демократии. Советский Союз был централизованным, управляемым вручную тоталитарным государством, державшимся на аппарате насилия.

Даже если в государствах-членах ЕС есть проблемы с соблюдением верховенства права, борьбой с коррупцией или контролем потока информации, эти страны по-прежнему остаются субъектом, а не объектом европейской деятельности. Европейский Союз решает эти проблемы путем политических переговоров или юридических решений, но никогда не силой.

Отдельная тема — конец Евросоюза. Распадется ли ЕС, как СССР? Находится ли он в фазе окончательного паралича? События 2020 года, включая удвоение бюджета ЕС, решение взять на себя общий долг, установить новые собственные доходы ЕС (налоги), а также совместные усилия по борьбе с последствиями пандемии Covid-19 по координации закупки и распространения вакцины против вируса показывают — ЕС далек от паралича. И все это несмотря на огромные внутренние проблемы. Но то, что тебя не убивает, делает тебя сильнее. С перспективы сегодняшнего дня можно сказать, что Европейский Союз выйдет сильнее и сплоченнее после пандемии Covid-19.

Европейский Союз основан на силе аргументов. Советский Союз опирался на аргумент силы.

 

 

Петр Мацей КАЧИНЬСКИЙ — старший научный сотрудник Центра международных отношений в Варшаве, член группы экспертов «Team Europe» в представительстве Европейской комиссии в Польше и внешний лектор в Европейском институте государственного управления (EIPA) в Маастрихте. Ведет авторскую программу о Евросоюзе «Stan Unii» в эфире «Halo.Radio».

Фото: Pixabay

 Фото: Pixabay

Фото: Pixabay