Как Польша противостоит подчинению судов исполнительной власти — история судьи (часть 2)

Продолжение статьи

 

В 2009 году я получила назначение на должность судьи и стала членом Ассоциации польских судей «Iustitia». В течение следующих нескольких лет моя деятельность в Ассоциации была сосредоточена на проведении занятий для молодежи, организации обучающих курсов и интеграционных встреч. Как в Польше исполнительная власть пытается подчинить судопроизводство — пишет судья Марта Кожуховская-Варывода.

 

Сразу после начала «Цепей света» подчиненный правительству Польский национальный фонд профинансировал рекламную кампанию, целью которой была дискредитация судей. На телевидении появлялись ролики, оправдывающие правительственную реформу судебной системы необходимостью проведения эффективного дисциплинарного производства в отношении судей.

Примерами в этой кампании были судьи, неприкосновенность которых защищала от ответственности за вождение в нетрезвом виде или кражу в магазине. На улицах городов Польши появились рекламные щиты с клеветой на судейское сообщество, один из которых сообщал: «Судья украл колбасу на сумму 6,90 зл., а через день был пойман за рулем в нетрезвом виде». Рекламные щиты появились по всей Польше, кампания имела потрясающий размах. Под многими из них с сарказмом написано: «Пусть останется так, как было». Это были слова предыдущего председателя Конституционного суда, судьи Анджея Жеплинского, сказанные во время акции протеста перед Верховным судом, явно вырванные из контекста.

Мимо одного из таких щитов я каждый день проходила по пути на работу.

В июле 2017 года президент Польши наложил вето на два из трех законов Сейма, касающихся системы судопроизводства — о Верховном суде и Национальном судебном совете. Поправка к Закону о системе общих судов вступила в силу 12 августа 2017 года. Переходное положение закона предусматривало, что председатели и заместители председателей судов «могут быть уволены министром юстиции в течение периода не более 6 месяцев с даты вступления в силу этого закона» — без обоснования.

В конце 2017 и в начале 2018 годов в судах по всей Польше начались кадровые чистки.

Председатели судов увольнялись по факсу, обычно это были увольнения из одного предложения без какого-либо обоснования. Всего за несколько месяцев министр юстиции уволил 158 человек с должностей председателей и заместителей председателей судов. Их места заняли люди, отобранные по ключу связей с сотрудниками Минюста, часто случайные и не имеющие авторитета в судебной среде. Это привело к серии конфликтов.

В январе 2018 года вступил в силу измененный закон о Национальном судебном совете (КСС), в результате чего были сокращены сроки полномочий существующих членов Совета и избраны новые. Этот совет утверждает новые судейские номинации. В феврале 2018 года начался процесс отбора 15 новых членов среди судейского сообщества. Но представили свои кандидатуры менее десятка судей, большинство из них — из судов районного уровня, также часто связанных с сотрудниками Министерства юстиции.

В соответствии с положениями закона, кандидаты в этот Совет должны были собрать подписи в свою поддержку — 25 судей или группы из 2 000 граждан. Выяснилось, что в большинстве случаев списки поддержки подписывала группа одних и тех же судей, некоторые из них работали в то время или ранее в Минюсте. Один из кандидатов, не набравший достаточной поддержки, подписал свой список сам. Впервые судьи, входящие в состав Национального судебного совета, были избраны политиками. В новый состав Совета также вошли действующие политики правящей партии, в том числе эксцентричный депутат Кристина Павлович.

Ещё перед началом наступления власти на суды я приняла решение баллотироваться на должность судьи регионального Административного суда. Однако после 2015 года я осознавала, что у меня заблокированы все пути продвижения по службе в судебной системе, которая находится под контролем министра юстиции. Моя кандидатура также оценивалась Национальным судебным советом. В связи со значительной конкуренцией я несколько раз участвовал в конкурсе, последний раз в середине 2016 года, когда Совет работал в старом составе. Я не сняла свою кандидатуру после избрания нового Национального судебного совета. В июле 2016 года выяснилось, что новый Совет на онлайн-трансляции, в соответствии с новым регламентом, рассматривает мою кандидатуру.

Затем в свете камер выступила член Совета — депутат Кристина Павлович. Она заявила, что целью реформы правосудия не была поддержка таких людей, как я, которые, мол, рассказывали о ситуации Польше в Брюсселе и участвовали в акции зажигания свечей перед Верховным судом. Депутат также сообщила, что существует «черный список судей», который она представила председателю совета во время заседания.

Эти слова относились к моему участию в «Цепях света» и в ознакомительной поездке в институты Европейского Союза в Брюсселе и Люксембурге. «Черный список судей», на который ссылалась депутат, был списком судей, которые принимали участие в этом визите вместе со мной. Впервые политик в свете камер заявил, что существуют «неудобные» для властей судьи, которых нельзя продвигать по службе. Тогда это было невообразимо для меня и моих коллег, но на самом деле это было только начало.

В то же время, в 29-ую годовщину свободных выборов в Польше (4 июня 2018 года), был создан Комитет защиты правосудия (KOS) — организация, объединяющей судей, прокуроров, общественных деятелей и инициативы, участвующие в защите верховенства закона в Польше, включая нашу Ассоциацию. Одной из причин создания этой организации было возбуждение дисциплинарных дел, личные нападения властей на судей и другие формы давления, которые могут существенно ограничить независимость судей и прокуроров. Его название связано с Комитетом защиты рабочих (KOR), созданным в 1976 году для помощи репрессированным рабочим, которые принимали участие в протестах по причине резкого повышения цен в коммунистической Польше.

Одной из целей Комитета защиты правосудия было: отслеживать случаи давления на судей, прокуроров, адвокатов и т.д., информировать общественность о таких случаях, обеспечивать защиту и поддержку пострадавшим людям. Только ход дальнейших событий должен был показать, насколько необходима была эта инициатива.

В результате последующих поправок к Закону о Верховном суде к концу 2018 года около десятка судей Верховного суда ушли в отставку, кроме того, стали назначаться судьи во вновь созданные палаты: Дисциплинарную и Общественных дел и чрезвычайного контроля. Всего подлежало назначить 44 вакантные должности судей, на которые было представлено 215 кандидатов. Процедура выдвижения кандидатов должна была осуществляться Национальным судебным советом в составе, назначенном политиками — поскольку были сомнения по поводу легальности этой процедуры, совет все чаще стали называть не иначе как «нео-KRS».

Среди кандидатов в судьи Верховного суда была группа из 13 прокуроров.

Помимо кандидатов, заинтересованных в занятии должностей в Верховном суде, была также группа судей и ученых, которые решили участвовать в процедуре отбора, чтобы доказать, что процедура была незаконной и что закон о Верховном суде был неконституционным и несовместимым с европейским законодательством. В этой группе подавляющее большинство составляли судьи, принадлежащие к нашей Ассоциации, которых стали называть «камикадзе».

Их решение выставить свою кандидатуру часто было непонятным для коллег-судей, и их даже пытались обвинить в желании получить продвижение по службе с помощью этой процедуры. Сам процесс отбора кандидатов был открытым и вызвал массу эмоций, это были короткие собеседования, больше напоминающие «кастинг», чем процедуру отбора кандидатов на наиболее важные должности в системе правосудия.

Сначала были отобраны кандидаты на 12 должностей в Дисциплинарной палате, половина из них были не судьями, а прокурорами. Назначение новых судей в новые палаты Верховного суда и продолжающиеся усилия по сокращению срока полномочий первого председателя Верховного суда привели к новой вспышке уличных протестов, это была вторая волна «Цепей света». С начала июля 2018 года правление нашей Ассоциации призвало судей и граждан поддержать судей Верховного суда. В очередной раз тысячи людей со свечами в руках вышли на улицы Варшавы и других городов Польши. Тогда же в Варшаве прошел концерт «Rolling Stones», во время которого Мик Джаггер обратился к собравшимся по-польски: «Я слишком стар, чтобы быть судьей, но я не слишком стар, чтобы петь». Музыкант добавил по-английски: «Мы были здесь в 1967 году. Подумайте, чего вы достигли с тех пор. Пускай Бог будет с вами». Было ли это собственной инициативой музыканта или ответом на письмо Леха Валенсы (первого президента, избранного на свободных выборах после 1989 года), мы до сих пор не знаем. Одно можно сказать наверняка, за несколько дней до выступления «Rolling Stones» в Польше Лех Валенса направил музыкантам письмо с просьбой о поддержке в защите независимости судов.

На улице был июль, я была рада, что смогла отвезти дочерей на каникулы к бабушкам. Но все же общественные протесты не остановили процедуру назначения новых судей в Верховный суд.

Тем временем официальный представитель по дисциплинарным вопросам, назначенный министром юстиции, и два его заместителя начали преследовать судей, публично критиковавших реформу системы правосудия. Отдельных судей стали вызывать для дачи объяснений. Одним из первых судей, которые были заслушаны, был Игорь Тулея, работавший в криминальном отделении районного суда Варшавы. Помню, тогда, утром в зале районного суда собралась толпа судей. Мы планировали сопровождать Игоря на допрос. Журналисты также собрались с утра перед зданием суда. Мы вместе вышли из здания суда и пошли к трамвайной остановке, за ними следовали журналисты, потом все вместе сели в трамвай. Я помню трамвай, полный людей, поддерживающих Игоря, и журналистов, которые в прямом эфире транслировали поездку судей к резиденции «нео-KRS».

Уже через короткий промежуток времени подобные ситуации повторялись одна за другой. Дисциплинарные представители обратились также к главе нашей ассоциации Кристиану Маркевичу по поводу нарушения им свободы выражения мнений в СМИ.

Одним из символов противодействия изменениям в судебной системе стал лозунг «Конституция» — ведь именно она постоянно нарушалась законами власти, ограничивающими независимость судов и судей. Баннеры и футболки со словом «Конституция» были частью протестов, организованных, в частности, Комитетом защиты демократии (KOD) или движением Граждане Польши.

В конце 2018 года «нео-KRS» представил интерпретацию ст. 10 Кодекса профессиональной этики судей и адвокатов. В соответствии с этим положением судья должен избегать любого поведения, которое может подорвать уверенность в его независимости и беспристрастности. Таким поведением, по мнению «нео-KRS», может быть «публичное использование графики, символов, которые однозначно отождествляются или могут быть однозначно отождествлены с политическими партиями, профсоюзами и общественными движениями». Указывалось на то, что один из таких символов — это надпись «Конституция».

В ответ судьи из нашей ассоциации во время Конгресса гражданских прав носили футболки с буквами, которые вместе образовывали лозунг «Конституция». Я стояла среди других судей в футболке, и через несколько часов наша фотография появилась во всех СМИ.

В Твиттере нашей фотографией поделился пользователь KastaWatch, который назвал имена судей, участвовавших в событиях, и добавил к каждому из них оскорбительный псевдоним, связанный с буквой, которая была у него на рубашке. На мне была буква «Т» — и я стала «Троллем». На тот момент KastaWatch уже давно публиковала информацию, дискредитирующую судей в общественном мнении, но, наверное, впервые мы поняли, что за этим именем стоят судьи, потому что никто другой не смог бы так быстро узнать всех людей на фотографии — среди нас были те, кто никогда не появлялся в СМИ и не был известен широкой публике.

После того, как «нео-KRS» обнародовала свою позицию по беспристрастности — граждане стали «надевать» футболки со словом «Конституция» на памятники в общественном пространстве. Такой знак появился на колонне короля Сигизмунда III Вазы на замковой площади в Варшаве. Активисты из Ольштына, участвовавших в этой акции, были обвинены в совершении преступления, предусмотренного ст. 63 а § 1 УК. Это положение запрещает размещение в общественных местах, не предназначенных для данной цели, надписей или рисунков без согласования с администратором этого места.

В конечном итоге дело было передано в суд, его рассматривала судья Дорота Лютостаньская, которая во время одной из акций протеста сфотографировала себя перед судом в футболке с надписью «Конституция». Решение было благоприятным для активистов, суд постановил, что их поведение лишено какого-либо социального вреда и, следовательно, не является правонарушением, и поэтому отказал в возбуждении дела. В ответ на это решение один из дисциплинарных прокуроров предъявил судье Дороте Лютостаньской дисциплинарное обвинение в совершении дисциплинарного проступка, состоящего в очевидном и вопиющем нарушении положений закона, поскольку судья, назначенный для рассмотрения этого конкретного дела, воздержалась от требования исключения из участия в деле — что может вызвать «разумные сомнения в ее беспристрастности». Этот случай — лишь один из многих, иллюстрирующих абсурдность действий, предпринятых уполномоченными по дисциплинарной ответственности. В конечном итоге Дисциплинарная палата прекратила разбирательство.

После случившегося мы все пристальнее следили за информацией, публикованной в твиттере аккаунтом KastaWatch, который назвал себя «разоблачителем особенной касты», то есть нас, судей. Информация, размещенная там, касалась непосредственно судей, участвовавших в критике реформы правосудия, и часто содержала конфиденциальные данные. Целью «Касты», среди прочего, стал бывший представитель Национального судебного совета, судья Вальдемар Журек — публиковалась информация о его личных делах, часто с оскорбительными комментариями. В августе 2019 года польские СМИ опубликовали расследование об этом аккаунте — его героями были судьи, работающие в Министерстве юстиции, и назначенные министром юстиции новые председатели судов. Один из этих судей тесно сотрудничал с женщиной по имени Эмилия, которой он якобы предоставил материалы, компрометирующие судей, выступающих против нововведений. Он также являлся участником группы «Каста» в WhatsApp, где, в частности, разговаривал. с бывшим заместителем министра юстиции Лукашем Пьебьяком.

В этой группе благосклонные к партии власти судьи обменялись идеями о том, как навредить противникам правительства. Как выяснилось, что Эмилия сотрудничала с целой группой судей, в т.ч. с заместителем министра юстиции Лукашем Пьебьяком. Эта информация шокировала всю нашу среду, потому, что многие наши коллеги оказались в этой группе. Расследование дела все еще продолжается, и до сих пор не удалось раскрыть подробности тех, кто несет ответственность за клевету на судей, более того, аккаунт KastaWatch все еще активна в Твиттере и продолжает клеветать на судей, которые критикуют нововведения.

В конце 2019 года действия дисциплинарных комиссаров в отношении судей, критикующих реформу судебной системы, усилились, судьям были предъявлены дисциплинарные взыскания в связи с их приговорами или даже непосредственно за их вынесение. Горячим стало принятие Сеймом 20 декабря 2019 г. законопроекта об изменении системы общих судов и Верховного суда, который, в частности, запрещал исполнение решения Трибунала юстиции Европейского Союза о правильном назначении судей в Верховный суд Польши. Эта поправка получила прозвище «закон о намордниках». Все эти элементы вместе были нацелены на то, чтобы заставить судей замолчать по вопросам, важным для функционирования судебной системы.

В ответ на все эти действия наша Ассоциация «Iustitia» организовала «Марш 1000 тог». Это был молчаливый марш символической тысячи судей, прокуроров, адвокатов и юрисконсультов в защиту верховенства закона, который состоялся 11 января 2020 года. Марш юристов был аполитичным. Его главная цель состояла в том, чтобы показать законодательной власти драматические последствия вступления в силу законов, принятых в парламенте, которые вводили возможность репрессивных действий против представителей судебной власти.

Как и в случае с «Цепями света», мы не осознавали масштаба этого события. За несколько дней до даты марша свое присутствие подтвердили делегации судей практически из всех стран Евросоюза. В тот день судьи из Франции, Италии, Норвегии, Дании и Греции прошли с нами по улицам Варшавы от здания Верховного суда. Мы все были в тогах, как и адвокаты, юрисконсульты и прокуроры. Я шла с делегацией судей из Италии и, выйдя из здания Верховного суда, увидела море людей.

Я впервые участвовала в акции протеста, идя по улицам Варшавы в судейской тоге — даже трудно описать чувства, которые сопровождали меня в тот момент. Ощущение невероятных эмоций, когда я увидел поддерживающих нас граждан, и безграничный гнев, что мне пришлось быть здесь и протестовать в тоге, которую до сих пор носили только в зале суда.

Молчаливый марш прошел от здания Верховного суда к зданию Сейма Республики Польша, это был участок длиной 3,5 километра, ведущий по центральным улицам города. Это было необычайное проявление мужества судей и солидарности граждан. Власти Варшавы объявили, что в марше приняли участие 30 000 человек, что стало беспрецедентным событием в Европе.

 

Марта КОЖУХОВСКАЯ-ВАРЫВОДА, судья Районного суда Варшава—Воля

Фото: Iustitia

 Фото: Iustitia

Фото: Iustitia