Самоуправление в Польше и России: не в плитке дело, а в солидарности

У Москвы и Варшавы — много общего. Дело не только в послевоенных высотках, помпезных проспектах и вездесущих позднесоветских панельках. В последние годы оба города активно обустраиваются  — и там, и там появляются новые офисные здания, безупречно ходит общественный транспорт, развивается городская сеть велопроката, стригутся газоны, высаживается в вазонах декоративная капуста. Но…

 

Если вы приедете в Россию, наверняка услышите, «как же похорошела Москва при Собянине». В Москве самые дорогие рестораны, самые интересные парки, самые продвинутые велодорожки, самый быстрый wi-fi и самый вкусный кофе. Москвичи шутят, что в городе самая модная тротуарная плитка — мэр ежегодно выпускает осенне-зимнюю и весенне-летнюю коллекцию, и плитку перекладывают практически непрерывно, не забывая каждый раз напоминать посредством подконтрольных СМИ и рекламе в метро о том, как заботится о москвичах начальство.

Московский «бордюринг»  — замена новых бордюров на еще более новые — еще одна примета современной российской столицы и не только нее.

По размеру городского бюджета Москва входит в число богатейших городов мира.

Московский Урбан форум собирает ведущих мировых экспертов, политиков и общественных деятелей. В этом году заявлены заместитель генсека ООН, мэры Анкары и Куала-Лумпура, гости из Нью-Йорка, Парижа, Лондона.

Но «европейскость» Москвы на этом заканчивается.

Расходы Москвы только на благоустройство превышают расходы на те же цели всех остальных городов России вместе взятых. Также они сопоставимы с бюджетом Варшавы в целом.

Столица Польши по сравнению с Москвой не блещет убранством, зато компактна, удобна и довольно ухожена. Сами варшавяне жалуются на пробки и смог, но с точки зрения россиянина это тихий и уютный город, где практически отсутствуют заторы на дорогах и легко дышится даже несмотря на периодические эксцессы.

Для того, чтобы пустить пыль в глаза, Москва не жалеет средств и сил. Москва никого не жалеет — даже в пандемию были открыты рестораны и общественные пространства.

Москва не жалеет и Россию. В то время как на центральной Тверской улице столицы построены тротуары с подогревом, в других частях страны люди озабочены ростом цен на макароны и подсолнечное масло.

Москва выкачивает средства и силы со всей России. В Москве сейчас сосредоточена одна седьмая населения Российской Федерации. Московские власти и не скрывают, что их цель — привлечение в город самых талантливых и трудолюбивых россиян. Что будет с остальными — мало кого интересует.

Статус москвича делает россиянина фактически человеком высшего сорта.

У москвичей несопоставимо больше возможности в плане образования, медицины, качества жизни, льгот и социальных выплат.

В этом плане Польша — просто образец равномерного и устойчивого развития. Разрыва между Варшавой и другими частями страны здесь нет, а переезд в Лодзь или Гданьск не сделает варшавянина дауншифтером и лузером. Для того, чтобы ездить на электросамокате, пользоваться современным трамваем и получать достойную зарплату — поляку вовсе не обязательно ехать в столицу.

В Польше нет резко депрессивных территорий, практически отсутствует проблема сжимающихся городов, хорошо развито сельское хозяйство, что обеспечивает занятость в небольших гминах (сельских общинах). В Польше не увидишь уже привычную для российских городов массовую высотную застройку на окраинах.

 

В Москве считаются с инвестициями — в Варшаве с жителями

Если в Центральной Европе ведется дискуссия о благоустройстве советских панельных районов и оптимизации и экологичности малоэтажных кварталов, то в Москве все просто — все снести и построить заново. Сперва для Москвы, а теперь и для остальной России принят закон, по которому можно снести практически любой типовой дом и отдать территорию под новое строительство.

Москвичи бесправны в своем городе не только из-за практической ликвидации частной собственности — обустройство даже дворов внутри кварталов отдано на откуп мэрии. Какое дерево посадить и какую лавочку поставить в конкретном дворе в многомиллионном городе — решают централизованно. Московские власти не скрывают своего презрения к москвичам, которые якобы не ценят их прогрессивные начинания и лезут в дела, которые должны решать специалисты. В Москве как нигде проявился конфликт между профессиональным подходом к городскому развитию и партисипативным.

Московские власти рассматривают город с точки зрения инвестиционной привлекательности, заработка и привлечения туристов — но никак не место, где живут реальные люди со своими потребностями, желаниями, сантиментами. Власть разговаривает с жителями свысока по советской привычке призывая отказаться от старых форм и выковать нового прогрессивного человека.

Теперь прогрессивному человеку положено гулять в общественных пространствах и ездить на велосипеде. Москвичи, в общем, не против, но формы внедрения прогресса остаются традиционно варварскими. Например, москвичи могут обнаружить, что власти выкорчевали некрасивые по их мнению посаженные самими жителями деревья или скосили клумбы с цветами, сделав на их месте модный газон. И закон вовсе не на стороне жителей.

 

Почему так?

Реформа местного самоуправления в России начала сворачиваться едва начавшись. В принятый в 2004 году многострадальный ФЗ-131 «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» почти сразу же начали вноситься поправки, ограничивающие права МСУ.

Более того — в самом законе с подачи влиятельного тогда мэра Москвы Юрия Лужкова местное самоуправление сразу же было ограничено в городах федерального значения — Москве и Санкт-Петербурге. Впрочем, некоторое время даже там у МСУ оставалось достаточно полномочий для того, чтобы, например, не допустить точечной застройки.

В то же время в Польше реформа МСУ наряду с яблоками считается наиболее узнаваемым экспортным продуктом страны.

Права польских общин и городов восходят в средневековым традициям, Ганзейскому союзу и Магдебургскому праву. В Польше была принята первая в Европе Конституция, где в том числе закреплялись права городов. Новейшая история польского самоуправления начинается в марте 1990 года, когда переходный польский сейм принял первую версию закона «О гминном самоуправлении». Права МСУ зафиксированы и в нынешней польской Конституции, отменить их решением воеводства или центра практически невозможно, хотя попытки ограничить самоуправление регулярно предпринимаются. Конституция страны прямо указывает на принцип субсидиарности в распределении полномочий между органами местного самоуправления и воеводствами. Не последнюю роль в укреплении местного самоуправления в стране играет членство Польши в Евросоюзе и приведение административно-территориального деления в соответствие европейским стандартам.

Жители Варшавы не просто имеют возможность влиять на решения властей и распределение бюджетов через муниципальных депутатов на уровне районов, они могут сами предлагать проекты в рамках партисипаторного бюджетирования. Москва же, являясь не субъектом местного самоуправления, а субъектом федерации, значительно урезает права своих жителей.

Неудивительно, что российские элиты предпочитают селиться подальше от российской столицы. Жить в центре Москвы не так престижно как на окраине Ниццы. Олигарх Лебедев вкладывается в лондонский «Evening Standard» и покупает своему сыну причудливый титул герцога Сибирского вместо гордого звания коренного москвича. Вдова бывшего московского мэра Лужкова — владелица одного из самых шикарных лондонских особняков, и предпочитает проводить время там, а не в Москве.

Московский урбанизм как советская архитектура 70-х: внешне выглядит впечатляюще и прогрессивно, а по сути — воплощение волюнтаризма, вкусовщины и демонстративного потребления. Не в плитке Европа и не в велодорожках, а в солидарности и демократии.

 

Наталья ШАВШУКОВА

Фото: Pixabay